Пешком по Москве-реке, или Как проходит обследование подводных газопроводов

О том, как водолазы проводят диагностику газопроводов и о чем рассказывают со дна, — в материале mos.ru.

Глубина — три-четыре метра, гидрокостюм — почти 80 килограммов, общая длина подводных переходов — пять километров. Нелегка работа водолаза, но зато очень увлекательна. И им всегда есть о чем рассказать: например, о том, как обнаружить и устранить поломку на дне реки, или о том, каково это — находиться под водой несколько часов подряд.

Как покоряют глубины

С погодой повезло: солнце играет на поверхности воды, дует теплый ветер. На плавучей базе, которая покачивается на Москве-реке (рядом с парком искусств «Музеон»), вовсю кипит работа. Водолазная служба сегодня должна диагностировать состояние одного из 17 подводных переходов — «Кропоткинского». Это сложное инженерное сооружение, предназначенное для транспортировки газа от одного берега к другому.

«Этот дюкер обеспечивает газоснабжением таких серьезных потребителей, как ТЭЦ-20, ТЭЦ-12, это мощнейшие предприятия — генерации тепла, электроэнергии, горячего водоснабжения, то есть объекты, которые создают комфортные условия для проживания москвичей», — говорит главный инженер АО «МОСГАЗ» Андрей Горбачев. Именно на подряде у Мосгаза и находится эта база.

Водолаз шестого разряда Илья Моргунов готовится облачиться в специальное снаряжение, без которого работать в воде просто невозможно. На резиновый гидрокостюм, не пропускающий воду, цепляют сигнальный трос. Потом водолаз обувает специальные калоши — по десять килограммов каждая.

«Такая тяжесть нужна для устойчивости, чтобы под водой можно было спокойно ходить по грунту», — объясняет водолаз. На костюм тоже крепят груз: спереди — весом 12 килограммов, сзади — около 20. Теперь водолаз против своей воли точно не сможет всплыть на поверхность.

Последним надевается двадцатикилограммовый шлем — композитный, не металлический. Внутри него находится клапан, стравливающий воздух, и клапан, который регулирует его подачу. Также в нем есть динамик связи. Он подключен к телефонной станции, находящейся прямо здесь, на базе. Водолаз будет слышать своих коллег, а они будут слышать его. Но самый главный атрибут — это шланг, по которому подают воздух из компрессора.

Весь костюм весит примерно 80 килограммов — это почти столько же, сколько и сам водолаз. Чечетку в нем точно не станцуешь: Илья с трудом передвигает ноги, стараясь не споткнуться. Но в воде такой вес будет практически незаметен.

В чем заключается проверка

Коллеги помогают Илье подойти к трапу и спуститься на первую ступень. Водолаз медленно начинает погружаться в воду. В это время проверяют на герметичность костюм, выясняют, нет ли перебоев с подачей воздуха, хорошо ли работает связь. Илье Моргунову предстоит опуститься на глубину три-четыре метра.

«Процесс водолазного обследования перехода происходит так: водолаз идет вдоль оси перехода и смотрит, есть ли там размывы, подмывы, — рассказывает заместитель генерального директора, руководитель водолазной службы компании Владимир Уткин. — На судоходных реках толщина твердого грунта над верхом трубы должна быть примерно метр — метр двадцать (как здесь). Сама труба находится в грунте. Если происходит утечка газа, водолаз увидит пузырьки. Это считается аварийной ситуацией. Чтобы это устранить, подготавливается котлован, размывается труба — и профессионалы смотрят, в каком именно месте утечка». Но специалисты утверждают: системы очень надежны, все 17 газопроводов находятся в рабочем состоянии, серьезных аварийных ситуаций не было. Техническое диагностирование проводят раз в три года.

Особое внимание водолазы обращают на то, не происходит ли подмыв газопроводов, потому что у Москвы-реки достаточно сильное течение. Если вдруг окажется, что труба изменила свое проектное положение, нужно будет вернуть ее на место.

Во время строительства этой и других таких труб их погружали в так называемую постель — траншею, чтобы они не всплывали. Сверху засыпали песком и щебнем. Это делали для того, чтобы максимально защитить газопроводы от любых воздействий, в том числе от механических. Однако на всякий случай справа и слева от этого перехода есть охранная зона: здесь нельзя швартоваться судам, бросать якоря и проводить какие-то работы без согласования с Мосгазом.

Что происходит под водой

Водолаз, приступивший к работе, докладывает с помощью радиосвязи команде о том, что видит. «Мутная вода… Нахожусь на газопроводе… Ил… Без мусора… Иду вдоль трубы», — слышится из динамика. «Иди дальше, — отвечают ему, — возьми правее. В каком состоянии газопровод? Есть подмывы у трубы?» Водолаз отвечает, что выхода газа нет. Кстати, если в это время над водолазом проплывает какое-либо судно, он слышит только шум его винтов. Работе это никак не мешает.

После того как все убедились, что газопровод в хорошем рабочем состоянии, водолаз поднимается наверх. «Повреждений нет», — еще раз подтвердил Илья, вернувшись на борт.

Обычная проверка занимает около десяти минут, рассказывает он. После осмотра принимается решение о том, нужно ли проводить ремонтные работы. Если необходимо устранить мелкие неисправности, это может занять три-четыре часа. В случае повреждения трубы, например, производятся подводные сварочные работы. Все это время компрессор будет безостановочно поставлять специалисту воздух.

В этом году продиагностировали уже три километра переходов из пяти.

17 подводных переходов и их безопасность

Летняя пора — время серьезной подготовки мегаполиса к зиме. «Взаимодействие всех инженерных компаний, их слаженная работа под руководством комплекса городского хозяйства обеспечивает успешное прохождение осенне-зимнего периода, — говорит генеральный директор АО „Мосгаз“ Гасан Гасангаджиев. — Нужно проводить полную диагностику системы».

Особенность выполнения работ заключается в том, что берега Москвы-реки благоустроены и места для размещения привычного для таких случаев оборудования в столице нет. Поэтому делать все приходится в стесненных условиях и в сжатые сроки.

Все 17 подводных переходов включены в общую систему. «Если вдруг мы обнаружим дефект, мы можем вывести участок из эксплуатации, а за счет закольцовки продолжать обеспечивать газоснабжение», — рассказал Гасан Гасангаджиев.

Сейчас рассматривается вопрос о поэтапной системной реконструкции переходов — из-за длительного срока эксплуатации (больше 70 лет). Работы нужно проводить в плановом режиме, не торопясь, очень тщательно. Прежде всего надо еще больше повысить безопасность переходов.